67b0ec20

Гансовский Север - Спасти Декабра !



Север Гансовский
Спасти декабра!
Снизу приглушенно доносились крики и кашель слоночеров. Вернее, не
совсем снизу. Просто звукоискатель-автомат, бесцельно шаривший вокруг,
поймал этот шум и донес сюда, в прозрачную просторную кабину, на
стометровую высоту.
Андрей, не вставая, протянул руку, тронул рычажок под микрофоном, и
звук чуть стих.
Все было в порядке.
Венерианское вечереющее небо бескрайним куполом стояло над головой. В
зените оно было белесо-зеленым - того нездорового оттенка, который впервые
отметили здесь около пятидесяти лет назад. К западу зеленый переходил в
белесо-синеватый, затем синий, фиолетовый и, наконец, над самым хребтом
Эйнштейна, в пурпурный. Солнце скрылось за гигантской неподвижной тучей,
его лучи кое-где радужно пробивали плотные карминные массы, вырывая внизу
из полумрака отдельные склоны и пики горной системы, голые, безжизненные.
Было чуть туманно, в воздухе стояла тяжесть. Атмосфера расположилась в
несколько этажей и так застыла. Казалось, эту неподвижность можно даже
потрогать рукой.
Рельеф внизу выглядел как жеваная, мятая, темная бумага. Только
поверхность озера в пяти километрах от Центра отражала небо, была светлой,
напоминая жидкий, застывающий металл из домны - яркое пятно среди
чересполосицы, среди окаменевшей сумятицы провалов и возвышений.
Все было в порядке вокруг, и все равно ощущение тревоги не покидало
Андрея. Предчувствие надвигающейся беды. Страх, который тем сильнее, чем
меньше для него логических оснований. Дежурный подумал, что так могло
быть, вероятно, у солдат во время войны: фронт замер, ни выстрела, ничего
не известно, но тишина предвещает...
Он опять осмотрелся.
Ожидалось, правда, землетрясение, но Центр был готов к нему. Система
блоков, талей, стрел, тысячетонные (и такие легкие на вид) ажурные
конструкции сбалансировали бы так, чтоб оставить в неприкосновенности и
научные, и жилые, и производственные блоки. Центр выдержал тут уже десятки
сбросов.
Впрочем, и разрушься Центр, это не имело бы большого значения. Он был
брошен, не нужен, так же как и другие центры и опустевшие города. Люди
ушли, покинули планету, и только два человека оставались пока здесь. Он
сам, Андрей, и Вост (второй дежурный). Лишь они двое и погибли бы на
Венере, вспучись она землетрясениями вся сразу. Но такого-то не могло
быть.
Андрей посмотрел сквозь прозрачный пол на стадо слоночеров, коричневой
массой расположившееся километрах в трех от него у подножия опорных башен.
Слоночеры пришли, и не было силы, способной сдвинуть их теперь с места.
Будут есть ползучую траву. Будут мотать тяжелой головой, выдирая стебли из
почвы, проглатывая их вместе с землей, и уберутся на другое пастбище, лишь
когда ни кустика не останется на этом. Хорошие звери, добрые, могучие, но
с одним недостатком, который состоял в том, что они ничего не боялись.
Любое животное на Земле можно перегнать с одной территории на другую,
пугая его. Но со слоночерами это не действовало. Андрей знал, что, если он
спустится сейчас вниз и войдет в стадо, крупные сильные существа будут
поглядывать на него с любопытством, некоторые подойдут, чтоб осторожно
обнюхать, но ни одно не побежит прочь. Можно махать руками, кричать, можно
взорвать гранату перед самым носом слоночера, устроить пожар, и животное
будет гореть, но шагу не сделает в сторону. Человек оказался бессильным
перед этим спокойным, уверенным равнодушием. Если слоночеры приходили, они
приходили, и все тут. Оставалось смотреть на это, как на с



Назад