67b0ec20

Гейман Александр - Настоящий Мужчина



Александр Гейман
Настоящий мужчина
- Так что же, Бел, значит, завтра Главное испытание?
- Да, отец,- почтительно отвечал юноша.
Он стоял, склонив голову набок в знак уважения, как это
предписывалось при беседе со старшими родичами, а его отец
Глак сидел на скамье, вытянув вперед искалеченную левую ногу.
Бел давно уже кормил всю семью - он был добычливым охотником и
все еще, как все подростки, работал на огороде. Можно сказать,
что он и был теперь главой семьи, тем более, что его отец,
перестав ходить в набеги из-за увечья, в глазах соплеменников
не мог долее считаться воином и быть уважаем племенем. Но Бел
ни одним словом или движением не обнаруживал своего
превосходства, ведь Гонт говорил: настоящий мужчина соблюдает
все ритуалы. Правда, Бел еще не получил права так называться -
Главное испытание ему еще только предстояло. Но тем сильней
молодой охотник стремился пройти его, а до тех пор - свято
соблюдать все, что отличает настоящих мужчин от слизняков
вроде этих кемичей или беспомощных калек... вроде его отца
Глака.
- Кто поведет тебя в Мертвую пещеру? - спросил меж тем
Глак.
- Сам Гонт,- с невольной гордостью произнес сын.
- Вот как?
- Он удостоил меня этого после того, как я принес скальп
боевого вождя кемичей,- объяснил Бел.
- Ну да, это было твоим предварительным испытанием.
- Да, отец,- почтительно подтвердил молодой воин.
Глак покивал и отчего-то вздохнул. Казалось, он
собирается сказать нечто особенное и для того и затеял эту
беседу - ведь все сказанное Белом его отец знал и сам. Однако
Глак все тянул, не решаясь приступить к этому важному, и Бел
осмелился спросить сам:
- Что-то не так, отец?
- Что? А... Нет, все правильно,- пробурчал Глак,
застигнутый врасплох этим вопросом среди каких-то своих
размышлений. - Я только хотел пожелать тебе удачи, Бел.
Юноша склонился в поклоне.
- Напутствуй меня, отец.
- Да пребудет в тебе твердость духа истинного ипифта,-
произнес Глак традиционную формулу племени.
Бел поцеловал землю перед собой и начал пятиться к выходу
из отцовской половины дома. Когда уже он был на самом пороге,
Глак внезапно окликнул:
- Бел!
- Да, отец?
Глак заговорил, очего-то глядя куда-то в землю и с трудом
подбирая слова:
- Бел... Там, в пещере... Возможно, Каск не такой уж
трус... не все обстоит так, как ты привык думать... Возможно,
мы, ипифты, не самые... м-м... отважные... Мы лишь смертные
люди, в конце концов, даже самые могучие из нас...
Бел слушал с нарастающим недоумением.
- В общем, я верю, что ты сумеешь сделать правильный
выбор,- промямлил отец. - Да! Иди...
Бел вышел в большом смущении. Рассказывать о том, что
находилось в Мертвой пещере строго воспрещалось, и вот - его
отец чуть-чуть не проговорился о том вопреки табу. Да уж,
это, должно быть, и впрямь нешуточное испытание, раз его
калека-отец почти отважился заговорить об этом. Пойти и
броситься со скал он, например, не сумел - а это подобало бы
настоящему мужчине, если он перестал быть полноценным воином.
Что ж, старик любил Бела и был неплохим отцом, надо отдать ему
должное.
Впрочем, на следующее утро все мысли о неудачнике Глаке
начисто вылетели из головы Бела - впереди был главный день его
жизни. Бела отвели к Гонту двое воинов в боевой раскраске.
Вождь ждал их в запретной для женщин части селения, на
площадке перед мужcким домом. Он подбодряюще улыбнулся юноше.
Здесь же на площади выстроились наиболее заслуженные воины
ипифтов и несколько юношей, сверстников Бела. Друзья с
зависть



Назад